Культурные связи в условиях войны. Конфузы «эстрады».

гранат. триптих

Насколько безобидны выступления украинских артистов в России и как это сказывается на внешнем имидже Украины в условиях войны?

Прелюдия: причины конфуза. Выстроить культурную политику в стране, в которой идет война, но не вербализовано само слово «война», задача не из простых. В результате данной неопределенности, любая коммуникационная связь государства с народом наполняется двусмысленностью и недоговоренностью. Отсутствия смысловой информационной политики, слабые коммуникации приводят к устойчивому мнению, что за аббревиатурой «АТО» власть скрывает собственные интересы. Немногословность порождает недоверие и провоцирует развитие домыслов, которые быстро и легко формируются, но преодолеваются многолетним дорогостоящим трудом. В любом случае, на имидж государственной власти такое убеждение/предубеждение влияет пагубно и серьезным образом играет на руку российской пропагандистской машине. Государство обязано создать понятную понятийную парадигму внешней политики по отношению к соседнему государству-агрессору. В случае, если этого не делать, общество самостоятельно выработает смыслы в понимании новой действительности и определит, что допустимо, а что нет. В целом, я рассматриваю эту ситуацию положительно, потому что парадигма рождается в живом процессе и позволяет всем членам общества договориться без вмешательства государства, но результат может быть стихийным и непредсказуемым.

Как известно, основные баталии разворачиваются в социальных сетях, а потом выливаются на улицы в виде митингов, пикетов, столкновений. Очередной инцидент, связанный с публичной личностью, неважно кто это политик, артист или журналист, взрывается многоголосием мнений и вскрывает точащиеся гнойники социальных проблем. Эмоциональный всплеск позволяет отчасти излить накопившуюся злость, в очередной раз обвинить во всем власть и на время успокоиться. Возникает вопрос: кто с кем «играется»: либо власть подкидывает нам эти поводы, то ли это внешние провокации, либо болезненная реакция общества на все, что может вернуть Украину к прежнему бесправию и имперскому засилью России?
Чаще, как показывают наблюдения, побеждает мнение патриотического большинства. Меньшая, условно нейтральная, часть остается при своем мнении, но не рискует его публично озвучивать. Но есть еще и оппозиционная, которая всячески сопротивляется изменениям и остается внутри украинским оплотом для рос. пропаганды. С этой частью населения нужно работать больше всего. Не сегрегировать её, не загонять в социальное гетто, а работать с ней.

Мы живем в такое время, когда приходится наново выписывать ценности, символы и строить национальные ориентиры, при этом приходится преодолевать стереотипы и интеллектуально бороться за каждый украинский ум.
На примере тех инцидентов, которые произошли с украинскими эстрадными исполнителями, можно увидеть, что до общности взглядов, подчеркиваю – не до единства, а до общности, нам еще далеко. И краеугольным камнем здесь является отношение к России. И потому потребность в информационной и коммуникативных политиках государства огромна. Если общество разрывается на части по любому случаю, то это серьезный повод задуматься ответственным за идеологемы государства и приступить к безотлагательной их разработке.

Растущее влияние общественного мнения, безусловно, играет огромную роль в давлении на власть, но отрицательно сказывается на «несогласной» части населения, что усугубляет разрыв внутри общества и делает нас уязвимыми для внутренних и внешних атак противника. В то же время, есть внутренний сдерживающий фактор – это достижения Революции Достоинства, в результате которой сформировались внутренние рамки, позволяющие принимать инаковость: каждый может иметь свою точку зрения, но она не должна разрушать нашу главную ценность под названием Украина.
О внутренних культурных связях в следующий раз, а вот о том – как оценивать реакцию масс на Ани Лорак, Ивана Дорна и Светлану Лободу – выскажусь сейчас. В определенной мере они стали индикатором наших настроений, близости взглядов и их разбежности.

Патриотизм. Если говорить об артистах, это, скорее, не патриотизм, а любовь к Украине. Я верю в искреннее чувство артистов к украинской земле. Они здесь родились или вырастали, и как любой человек в Украине эмоционально привязаны к ней. Почему все таки не патриотизм? Патриотизм предполагает позицию. Прежде всего, гражданскую. Другими словами, это преданность к отечеству, а в контексте сегодняшнего дня – это преданность государству Украина.

Мы часто слышим, что россияне продолжают любить украинцев и не питают ненависти. Сожалеют, что мы оказались в «такой» ситуации. Я не сомневаюсь, что российская пропаганда приложила немало усилий для того, чтобы у россиян сложилась именно такая эмоция «любви», сочувствия и тепла к украинскому народу. Она очень выгодна путинской имперской концепции. В эту эмоцию заложен главный код – это девальвация нашей способности строить собственное государство и то, что рано или поздно нас надо будет освобождать из плена, возвращать на путь истинный, присоединять.
Но при чем здесь артисты? А вот при чем.
Артисты работают с огромными аудиториями, общаются фан-сообществами, а в контексте «сложных» украино-российских отношений они особенно интересны для средств массовой информации. Артисты избегают острых углов, политических тем, они клиентоориентированы. Вот в том-то и проблема, что они вербализуют тот образ украинцев, который подтверждает пропагандистский посыл, что «нормальные» украинцы за дружбу с Россией. Беда в том, что этот образ, создаваемый артистами накладывается на всех нас. Судят по тем кого видят и кого знают, других примеров у них пока нет. А вот насколько этот образ отражает истинные настроения большинства украинцев – задумаются лишь единицы, которые, скорее всего, на Дорна и Лободу не ходят.

Артисту важно, чтобы его любила аудитория и он прилагает все усилия для достижения желаемого. Любовь российского зрителя к артисту прямо или косвенно проецируется на украинский народ и усиливают желание «помочь» нам вырваться из пут «хунты». На одном из концертов в России Дорн (это отражено в одном из его видео), обращаясь к публике, сказал: «мы» скучаем по вас… Думаю, что, выражая свои личные чувства, он даже не подозревал, как его слова работают на пропагандистскую машину. А в этом «мы», простите, заложена главная мина:
• «мы» — это означает единство, мы – это соскучившиеся братья, а значит – хотим быть вместе, а значит –
• «мы» недовольны существующим положением дел в Украине…
• «мы» или нам не дают быть вместе… кто? дальше пошел ассоциативный ряд, заложенный пропагандой.

И вывод напрашивается сам собой. Если у российского обывателя сформировано мнение, что в Украине власть захвачена фашистской хунтой, то произнесенное «мы» становится подтверждением навязываемой идеи: украинцы заблудились и поддались пагубному влиянию американцев и европейцев, подорвавшие стабильность в регионе цветными революциями и пытающиеся разорвать вековые братские узы. Это подтверждает главный нарратив российской пропаганды о нашей «неспособности» к самостоятельности. А кто не дает нам быть вместе? Все те же западные «хозяева»? Следовательно, нас надо спасать от хунты и любая  агрессия в отношении Украины будет положительно восприниматься путинскими поклонниками, как благо для украинского народа. Так произошло при аннексии Крыма,  так большинство до сих пор одобряет действия Путина по оказанию военной помощи боевикам Донбасса. Думаю, многие понимают, что боевики давно бы иссякли без российского обеспечения. И скучать, скажу я вам, можно только из плена, и из нищеты, когда нет никакой возможности свидеться.
Вот куда приводят, казалось бы, безобидные фразы, вот на чью пропаганду работают украинские артисты, гастролируя по России. Развлекать налогоплательщиков, топящих «кровавую баню» в Украине, вопрос моральный или нет?
Патриотизм – это еще и жертвенность. Не все на нее способны и никто не требует жертвенности от артистов, но удержаться на двух рынках одновременно в нынешних реалиях невозможно. Определяться с ценностями придется всем и артистам в том числе.

Государство и артисты. И здесь вновь возникает тема ответственности государства, которое более трех лет не дает определения АТО и действиям России. У нас война/не война, а люди гибнут, у нас цинично и нагло отобрали Крым, но четкого отношения к этому явлению в общественном сознании нет. Если что-то и происходит в этом направлении, то только под влиянием общественности.

Чего тогда ждать от артистов, которые, как и каждый из нас хотят зарабатывать? А они умеют только петь. Что им делать – довольствоваться нестабильным внутренним рынком или окончательно сориентироваться на российский и забыть об Украине. Общественное осуждение и пикетирование концертов подталкивает их к исходу из Украины. Можно требовать, чтобы они сделали свой выбор, но не все на него способны и он не должен быть насильственным. Можно также сказать: а зачем нам такие артисты нужны? Тоже верная постановка вопроса в условиях войны. Война – это всегда черное и белое, свой или чужой. В войне не остается места для компромисса. Но с другой стороны, кто нам дал право раскидываться талантами? Если раньше Москва забирала все лучшее из братских республик, то сегодня мы сами отдаем, точнее выпихиваем своих звезд из страны. Может стоит начать работать с несогласными?

Ответственность в этом вопросе должно взять на себя министерство культуры. Культура, как мощное идеологическое оружие, обязана служить интересам украинской государственности. А картина совершенно обратная: огромный государственный инструмент вяло наблюдает за действиями украинских артистов и не думает над тем, как использовать существующие ресурсы во благо страны. С другой стороны, артистам тоже следует задуматься над новыми рынками и созданием новых продуктов, которые будут востребованы нашей и европейской аудиториями.

Имидж. Рассмотрим имиджевый аспект Украины в контексте событий, связанных с вышеуказанными артистами. Для наших артистов рынок РФ остается привлекательным и соблазнительным. B оправдание выхода на него придумываются различные поводы. Анализ высказываний Ани Лорак, Ивана Дорна и Светланы Лободы сводится приблизительно к следующему:
• я артист, для которого не существуют границы, конфликты, войны;
• своим творчеством я формирую положительный имидж Украины за её пределами;
• нас рассорили политики, а мы вне её;
• «мы вместе» (вариации могут быть такими: один народ, один язык, одна культура) и так далее;
• мы должны поддерживать связи, невзирая на политику.

Сам факт концерта становится подтверждением, что войны между Россией и Украиной нет. Есть какой-то локальный конфликт и всё что у нас называется АТО – это есть гражданская война, развязанная хунтой. Вот, если бы на самом деле была бы война, то разве они бы приехали? Действительно, любой здравомыслящий зритель именно так и рассуждает. В свою очередь артист может думать: если кто-то (а кто-то это власть) позволяет себе строить бизнес на войне, то почему я не могу выступать на российской сцене? Вроде логично, но тогда, возможно, не стоит называть себя украинским певцом, можно быть просто певцом и гастролировать где угодно, хоть в Сирии в местах дислокации ВС РФ. Верно, ёрничаю! Но сам факт выступления украинских артистов в России – это уже удар по имиджу Украины, удар по ценностям, рожденными Революцией Достоинства, удар по проевропейскому выбору большинства украинцев. Это показатель того, что они «выше» происходящих событий в Украине, т. е. вне их, вне своей страны. Артист – это не просто гастарбайтер, он олицетворяет собой культуру страны, он прямо или косвенно отражает умонастроения, радость или боль своего народа.

Безусловно, мы скрипим от того, что рвутся научные, высокие культурные связи, у многих по швам разошлись родственные отношения, но даже в таких ситуациях принципиальными остаются вопросы: чей Крым, кто развязал войну на Донбассе, кто вмешивается во внутренние дела Украины? И это касается не только артистов, (мне их по большому счету жаль, я не ненавижу травлю любого толка и в ней не участвую, но как еще можно донести до артистов мнение украинцев), но и каждого из нас. Я знаю многих людей искусства, художников, которые отказались от выставок в России, потому что в нашей стране идет война, развязанная соседом-агрессором.

Выводы:
1. Необходимо разработать стратегию, определяющую внутреннюю и внешнюю информационную политику государства;
2. Необходима коммуникативная программа АП, ВРУ, КМУ по построению связей с народом в целом и по направлениям целевых аудиторий;
3. И министерство культуры тоже должно наконец-то проснуться и позаботиться о культурной политике Украины в условиях войны.